Когда речь идет о теме способности оценивать и ценить вещи, даже если дело не касается вопроса стремления к истине с целью избавления от развращенных характеров, с точки зрения самой человеческой жизни, если ты не обладаешь способностью ценить вещи, у тебя нет никаких взглядов по поводу всего того, что ты видишь, и никаких мнений на ступени мысли: ты смотришь на все словно сквозь вуаль и не можешь увидеть, что тут есть какая-то проблема, — и ты знаешь лишь о ходе развертывания всего события либо о связанных с ним людях, делах и вещах, но не знаешь, в чем заключается сущность проблемы и каковы соответствующие мысли и взгляды людей, это указывает, что ты человек с плохим уровнем. Тут дело в том, что у тебя нет абсолютно никаких мыслей по поводу всех проблем в твоей жизни. Ты не знаешь, как взвешивать и обдумывать проблемы на ступени мысли и как давать им определение. Ты не знаешь, как, исходя из собственного возраста, зрелости своей человечности или своих прошлых переживаний, взвесить, что за проблему нечто представляет собой на самом деле, чему из этого нужно научиться и что почерпнуть, как это на тебя влияет, какой урок тебе преподает, с какой точки зрения нужно смотреть на подобную проблему и разбираться с ней, а также как нужно действовать и чего избегать при повторном столкновении с подобным вопросом. Ты не размышляешь обо всем этом. Что бы с тобой ни случилось, ты мыслишь просто, как животное, и у тебя нет никаких взглядов. До какого бы возраста ты ни дожил и сколько бы ни пережил, ты все равно не умеешь раздумывать о проблемах. Ты не умеешь использовать свои прошлые переживания, свои знания и то, чему ты научился, чтобы размышлять над проблемами в различных аспектах. Подобные люди — обладатели плохого уровня. В случае людей с плохим уровнем о вхождении в истину даже говорить не стоит: они и в мелочах повседневной жизни не могут вывести никаких закономерностей. Даже если они доживут до сорока, пятидесяти, семидесяти или восьмидесяти лет, они все равно останутся людьми с кашей в голове, не способными поделиться никакими переживаниями. Такие люди — тугодумы, у которых нет никаких мыслей. Их уровень плох, и им недостает способности оценивать и ценить вещи, поэтому, до какого бы возраста ни дожили такие люди, они никогда не рассматривают ничего на ступени мысли. Они не знают, как нужно смотреть на вещи, и ничего не видят насквозь. Поэтому, оценивая уровень человека и, в частности, наличие у него способности оценивать и ценить вещи, не смотрите на его возраст и прошлые переживания. А на что вместо этого следует смотреть? (На то, есть ли у него мысли.) Иначе говоря, нужно смотреть, появилось ли у него после сорока-пятидесяти лет опыта взаимодействия с различными людьми, делами и вещами какое-либо личное понимание на ступени мысли, а также касаются ли его прошлые переживания ценности человеческой жизни, пути, по которому идут люди, и вещей, имеющих отношение к глубинам человеческой мысли и духовного мира. Если переживания человека относятся лишь к определенным вопросам и не затрагивают вещи на ступени мысли, то он не обладает способностью оценивать и ценить вещи. Например, некоторые часто говорят: «В наше время мы еле сводили концы с концами. Что-то вкусное было нелегко достать; мы могли поесть мяса только на Новый год и другие праздники. Люди в наше время были очень простыми и бесхитростными, и одевались мы очень скромно». Они всё говорят и говорят о подобных вещах. На что другие спрашивают: «Что в вашем поколении настолько достойно воспоминаний? Есть ли что-то, что мы, молодежь, можем почерпнуть и о чем мы можем пообщаться на ступени мысли?» Человек отвечает: «В наше время, когда мы отправлялись на фронт, мы сутками не спали, потому что нам приходилось постоянно быть на марше. Бывало, что за целый день мы ни разу не ели. Когда мы добирались до лагеря, новобранцы сразу засыпали, а мы, ветераны, сначала ели, а потом ложились спать. Иначе время еды прошло бы, а нам снова в путь, и в итоге мы шли бы голодными». Другие говорят: «Это просто отдельный случай; он не считается чем-то на ступени мысли. Поделитесь с нами чем-то таким, чему нам, молодежи, стоит поучиться, или какими-то уроками, которые помогут нам избежать окольных путей и уберегут нас от промахов и элементарных ошибок по глупости». Человек отвечает: «В наше время мы были не таковы, как нынешняя молодежь, которая ленива, прожорлива, любит что полегче и ненавидит работу. В наше время мы думали только о том, как бы претерпеть побольше тягот, сделать побольше работы и показать хорошие результаты, чтобы заслужить внимание руководства и получить повышение». Есть ли в этих словах что-то на ступени мысли? (Нет.) Возникает ли у тебя после услышанного ощущение, что это слова духовного наставника, вдохновляющие высказывания вроде тех, что говорят неверующие? Расширяет ли это твое мышление, повышает ли ступень твоей мысли, улучшает ли твою способность к осознанию вещей, помогает ли тебе открыть для себя что-то новое или некие верные мысли и взгляды, о которых ты раньше никогда не задумывался? (Нет.) Так обладают ли подобные люди способностью оценивать и ценить вещи? Как бы ты ни спрашивал их о вопросах, касающихся ступени мысли, ты ничего от них не добьешься. Причина тут на самом деле не в том, что эти люди не хотят говорить, а в том, что в голове у них просто ничего нет. Вот что значит иметь плохой уровень. Даже когда такие люди доживают до пятидесяти-шестидесяти лет, у них нет никаких мыслей и взглядов; они лишь вот так живут как в тумане. Они не знают, что жить — значит не только стремиться к перспективам, хорошей семье, хорошей работе и хорошей жизни: есть и вопросы на ступени мысли, которые требуют размышлений, раздумий и постоянной дистилляции в глубине души. Такие особы не знают, что на пути человеческой жизни людей ждет множество неизвестных вещей, и не умеют с ними справляться. Когда с ними ничего не происходит, они не задумываются и не размышляют заранее, чтобы не пойти окольным или неверным путем. Еще они не знают, почему они поступили определенным образом в кое-каких ситуациях, которые им довелось пережить, правильно они тогда поступили или нет и как им следует идти по пути вперед, чтобы жить счастливо, с душевным спокойствием, и прожить стоящую жизнь, а не напрасную. Из-за своего плохого уровня такие люди не задумываются над этими вопросами. Дожив до шестидесяти, они просто сидят и предаются воспоминаниям, говоря: «Когда я была молода, я была красива и талантлива, за мной ухаживало столько людей! Ах, вот в моей молодости...» Они только и говорят, что об историях из своих старых добрых дней, о вещах, не стоящих упоминания. До какого бы возраста ни дожили люди с плохим уровнем, они не задумываются о вопросах, связанных с человеческой жизнью, с путем, которым идут люди, и с тем, как люди должны жить. Они не задумываются о том, каких взглядов люди должны придерживаться при решении различных вопросов. В результате, как бы они ни жили, ступень их мысли не повысится, их мысли будут лишены сути, их духовный мир останется бедным, и у них не будет подлинного жизненного опыта. Вот что значит иметь плохой уровень. Когда ты взаимодействуешь с такими людьми, в двадцать лет они довольно ребячливы и просты, полны энергии и вспыльчивы. К тридцати годам они по-прежнему все те же фрукты. В пятьдесят лет их речь остается на той же ступени — они умеют говорить лишь несколько простых фраз. На их лицах больше морщин и пигментных пятен, у них больше седых волос — возраст явно дает о себе знать, но у них нет никаких мыслей и взглядов. В разговоре с другими им вечно нечего сказать. Все эти годы их жизни прожиты напрасно, и они не добились никакого прогресса. Именно таковы в жизни люди с плохим уровнем, и если они верят в Бога, то их проявления одинаковы от начала до конца. Когда они приходят к вере в Бога после двадцати, они таковы. К тридцати или пятидесяти годам они остаются такими же, не достигнув абсолютно никакого прогресса. Они говорят все то же самое, что и раньше. Просто в ходе веры в Бога они кое-что пережили, поняли некоторые слова и доктрины, стали свободнее владеть духовной терминологией — однако у них нет настоящего опытного понимания. Их мыслям по-прежнему недостает глубины, их взгляды на вещи не изменились, их знания о Боге и истине не увеличились, и их знания о самих себе тоже не выросли. Эти люди ничуть не изменились, верно? (Верно.) То, что благодаря своей памяти или закалке временем человек набрался каких-то слов и доктрин или духовной терминологии, — это не изменение, не прогресс и уж точно не обретение. Это как раз и есть проявление людей с плохим уровнем. Сколько бы серьезных взлетов и падений с ними ни происходило, сколько бы неудач, провалов и разочарований они ни переживали, они не извлекают никаких уроков, не наживают никакого опыта и не могут обрести ничего благотворного. Для них если что-то закончилось, так и дело с концом: они лишь проходят через сам процесс, а в итоге ничего не достигают. Таких людей можно назвать очень жалкими. Мы говорим, что у таких людей очень плохой уровень, именно потому, что у них нет способности оценивать и ценить вещи. Тем более нельзя сказать, что у них есть хоть какая-то способность понимать истину и что они хоть немного меняются.

Если говорить о способности оценивать и ценить вещи, то люди с плохим уровнем тут не дотягивают. Что же касается людей без всякого уровня, то им еще больше недостает способности оценивать и ценить вещи — они не могут ни ценить их, ни тем более оценивать. Когда ты делишься своими мыслями и взглядами по какому-либо поводу, люди с плохим уровнем ошеломленно слушают, не демонстрируя никакой реакции. В душе они думают: «Тут есть какие-то мысли и взгляды? Как же я этого не уловил?» Даже если они понимают немного из того, что ты говоришь, они могут слушать это лишь как слова и доктрины или формулу. Что касается людей без уровня, то когда они слышат, как другие беседуют о мыслях и взглядах в рамках некоего вопроса или о сущности проблемы и позиции, которую люди должны занять по ее поводу, они не могут этого понять. Они лишь чувствуют, что это в какой-то степени глубоко, но им не дано этого постичь. Чем больше ты беседуешь о мыслях и понимании, тем больше они недоумевают. У них возникает такое чувство: «Как этот обычный вопрос стал сложным? Почему я не могу взять в толк ничего о мыслях, взглядах и позициях? О какой позиции речь? Нам нужно просто надлежащим образом верить в Бога и надлежащим образом выполнять свой долг, и Бог одобрит. Почему чем дольше человек верит в Бога, тем сложнее все становится? Слушая тебя, кажется, что в Царство не может войти никто!» Можешь ли ты общаться с такими людьми? (Нет.) С ними не только нельзя общаться — они еще и могут сказать кое-какие неразумные вещи: «Неужели те мысли и взгляды, о которых ты говорил, действительно так уж хороши и верны? Вряд ли! Люди никогда не могут обойтись без денег. Людям всегда следует хорошо питаться и наслаждаться хорошими вещами. Как можно выполнять свой долг без денег на расходы или без хорошей еды?» Что это за логика такая? Они говорят: «Ты вечно рассуждаешь о человеческой жизни, о ценностях, мыслях и взглядах людей, о том, какой путь они выбирают. Почему бы тебе не поговорить о еде и одежде? Почему не поговорить о том, как надо заботиться о своем организме, чтобы хорошо выполнять свой долг?» Вот о чем они думают — о таких вещах. Разве они могут постичь истину? С такими людьми просто невозможно общаться. Когда ты пытаешься с ними поговорить, они рассуждают лишь о зарабатывании денег. Они считают, что зарабатывать деньги, жить своей жизнью, стремиться к мирскому и проводить жизнь в еде, питье и утехах — это главное в жизни человека и тот путь, по которому он должен в ней идти. Что же касается того, к чему людям следует стремиться и что им нужно обрести в ходе веры в Бога, то в их мыслях и сознании такого не существует. Подобные люди считают, что сколько бы лет человек ни верил в Бога, ему все равно нужно есть и жить, а чтобы жить хорошо, нельзя обойтись без денег: иметь деньги — значит жить хорошо, а без денег не проживешь. Такова их логика. Подобные люди склонны к искажениям. У людей, склонных к искажениям, нет верных мыслей и взглядов; они подобны людям без души. Какая разница между жизнью таких людей и жизнью свиней или собак? (Никакой.) Если ты попытаешься воспитать собаку или кошку, чтобы она слушалась и вела себя как благонравный ребенок, сможет ли она понять? (Нет.) Что собака может понять в лучшем случае? Если ты ей скажешь «сидеть», а потом дашь кусок мяса, она запомнит. После этого, как бы далеко ни была собака, при слове «сидеть» она тут же сядет и будет ждать, когда ты дашь ей мяса. Собака способна запомнить это механическое действие; если дать ей понять, что когда она садится, ее награждают, то она будет слушаться. Ее мысли именно настолько просты. Насколько же велика разница между мыслями людей без уровня и мыслями животных? (Между ними нет значительной разницы.) Каждый день, доев, животные идут играть. Когда вновь приходит время еды и ты зовешь их обратно, они тут же прибегают. Неважно, привяжешь ты их или скажешь сидеть, — они подчинятся. Почему? Из-за еды. Они с большим удовольствием будут слушаться твоих команд ради этого кусочка еды. Мысли животных именно настолько просты. Им достаточно придерживаться выгодного для них предписания или формулы; они не особо думают о чем-то другом. Инстинкты, которыми Бог наделил животных, ограничиваются этими вещами, достаточными для обеспечения их выживания, и Бог не дал им никакого поручения, поэтому животным не нужно задумываться о жизни, будущем, месте назначения, обязанностях и повинностях. Не нужно им задумываться и о том, какой путь выбрать, о стремлении к осмысленной жизни и так далее. Но люди другие. Бог наделил их различными инстинктами, а также даровал им истину, чтобы она была их жизнью. Поэтому для людей у Бога есть требуемые стандарты. Таким образом, людям следует задумываться над этими вопросами; только это поможет им обрести истину, чтобы она была их жизнью. Это положенные людям обязанность и повинность, и, само собой, это еще и их право. Но если ты не можешь воспользоваться этим правом или не обладаешь такой способностью раздумывать о проблемах, это доказывает, что твой уровень очень плох. Среди живых существ на ступени людей ты принадлежишь к категории тех, у кого плохой уровень. Ты не можешь думать самостоятельно, и даже когда другие тебе что-то объясняют, ты не понимаешь. В более тяжелых случаях ты противишься, глумишься, насмехаешься или даже критикуешь других. Если твой уровень настолько плох, это значит, что у тебя его нет вообще. Например, человек без уровня читает статью-свидетельство об опыте, и ты его спрашиваешь: «Хороша ли эта статья?» Он отвечает: «Весьма хороша. Каждый абзац структурирован верно, и пунктуация по большей части правильна. В первом абзаце объясняется время и место действия, во втором рассказывается о предыстории персонажей, в третьем начинается изложение хода событий, а затем наступает кульминация и развязка». Если дальше ты спросишь его, каковы мысли и взгляды автора, этот человек ответит: «А там есть какие-то мысли и взгляды? Мысли и взгляды — это раздел с Божьими словами, которые цитирует автор». Ты спросишь: «Уместны ли тут эти цитаты из слов Бога? Верны ли мысли и взгляды, которые автор хочет выразить?» Он скажет, что не знает. Дальше ты задаешь вопросы наподобие: «Понимание, которым поделился автор, подлинно и практично? То, что он понимает, — это доктрина или близко к реальности? Это назидает других? Это имеет для них ценность? Это обеспечивает читателям помощь или пользу?» Он ничего этого не знает и не может уловить. Вот что значит иметь очень плохой уровень. Если с человеком побеседуют об ошибках в мыслях и взглядах из статьи, о том, какие ее части практичны, а какие нет, он все равно не будет этого знать и не сможет связать это со статьей. Свидетельствует ли это об отсутствии уровня? (Да.) Даже когда другие беседуют с ним о существующих проблемах, он все равно не знает. Разве это не свидетельствует об отсутствии уровня? Это как некоторые церковные лидеры не знают, как разбираться со злыми людьми или маловерами, когда те появляются в церкви. После того как ты беседуешь с ними об истинах-принципах, они не понимают и просят тебя привести пример. Ты приводишь пример, но и после этого они все равно не знают, как разбираться с такими людьми. Они говорят: «Пожалуйста, научи меня. Как именно мне разбираться с этим человеком? Что мне с ним сделать: отправить его в обычную церковь, в группу Б или вычистить? Как мне беседовать с этим человеком? Пожалуйста, объясни мне слово за словом. Я это запишу, а потом разберусь с ситуацией строго по записанному: тогда у меня получится». Раз эти люди такие, то какой смысл беседовать с ними о принципах? Даже когда им приводишь примеры, они не понимают и не могут разобраться с вопросом. У таких людей просто нет способности к пониманию. В конце концов они все равно просят: «Скажи мне, какие меры принять по поводу текущей проблемы, и я их приму». Ты им объясняешь, куда пойти, чтобы разобраться с ситуацией, что кому сказать, чтобы все было сделано, и в какой мере нужно разобраться с вопросом, чтобы считать его полностью решенным. Ты заканчиваешь объяснять, и после этого они вроде бы понимают, но все равно не могут разобраться с ситуацией, и тебе приходится искать кого-то, кто посотрудничает с ними, чтобы довести дело до конца. Такие люди — крайние тугодумы, и им недостает уровня. Допустим, ты говоришь людям, которые учатся танцевать, что у определенного танца очень хорошая хореография и что им следует разучить его движения по видео. Через несколько дней ты спрашиваешь, как у них успехи, и некоторые тугодумы говорят, что не поняли, какие движения в этой хореографии хороши. Хоть у них и есть учебные материалы, эти люди все равно не могут научиться. Они не знают, какие движения хороши и какие полезны, и не знают, как выбрать. Что же они делают в итоге? У них есть одна тактика — они говорят: «Просто выбери для меня несколько движений, которые мне надо выучить, и я буду им следовать — и точка». Этот трюк у них есть; они не понимают принципов, но зато у них есть немного хитроумия. Разве они не точь-в-точь как роботы? Пусть у них есть знания и образование, но им недостает способности оценивать и ценить вещи — вот что значит не иметь уровня. Они не знают, зачем им учиться тому, что ты им говоришь разучить. Что касается вещей, которые ты говоришь им не изучать, то они не знают, что с ними не так и почему их изучать не нужно. Даже когда им объясняют, они все равно не понимают. Скажи Мне, есть ли у таких людей уровень? (Нет.) Не иметь способности самостоятельно осознавать вещи, способности самостоятельно идентифицировать правильное и неправильное и судить о нем — вот что значит не иметь уровня. Такие люди, как коровы или лошади, всегда нуждаются в том, чтобы кто-то их вел за собой, — разве в таком случае они не просто инструменты? Если бы у тебя был уровень, разве тебе еще нужен был бы кто-то, кто вел бы тебя за собой? Для чего тебе тогда мозг? Твой мозг бесполезен. Если говорить точно, то у тебя нет уровня. Тебе нужно слушать других, нужно, чтобы они вели тебя за собой, — ты просто инструмент. Неважно, как долго подобные люди изучают определенную профессию и сколько связанных с ней принципов они слышат, — они все равно не могут ни понять, ни постичь их. В итоге они не знают, как применять и реализовывать эти принципы. Это люди с самым плохим уровнем — те, у которых его нет. Некоторые говорят: «Не думай, будто раз они не обладают способностью оценивать и ценить вещи и всегда следуют за тобой при выполнении своего долга, то у них уже плохой уровень. На самом деле им недостает уровня только в том, что касается понимания истины. Когда дело затрагивает их собственные интересы, они всегда придумают, как любым способом защитить себя от какого-либо ущерба. В этих вопросах они очень умны — их точно нельзя назвать тугодумами. В церкви они кажутся тугодумами, но если бы они вернулись в мир, то не были бы тугодумами. В сферах, которые им нравятся, у них есть свои мысли и созданные ими работы; возможно, они могли бы добиться определенного успеха». Есть и такие люди, которые совершают в церкви безрассудные проступки, и все говорят, что у них плохой уровень, но сами они не соглашаются: «Ты говоришь, что у меня плохой уровень, но если бы я был в неверующем мире, я все равно мог бы делать деньги и зарабатывать на жизнь. Я все равно мог бы процветать — не факт, что у меня дела шли бы хуже, чем у других!» Разве неверующий мир оценивает все по истинам-принципам? Разве он опирается на Божьи слова как на основание? Если нет, то даже если в неверующем мире созданные таким человеком работы выдержат критику, это не доказывает, что у него есть уровень. Например, некоторые пишут картины, и на первый взгляд цвета, композиция, свет, пропорции фигур и другие аспекты этих картин кажутся вполне хорошими. Но когда такой человек пишет в Божьем доме определенных древних святых, возникают проблемы. Я говорю: «Раньше работы этого художника весьма хорошо продавались у неверующих, и люди их ценили. Но почему Я нахожу, что с его изображениями Авраама, Иова и Ноя что-то не так? Как получилось, что эти три человека из разных эпох выглядят так, будто все они из одной семьи? Они древние израильтяне, и костная структура черт их лиц должна отражать характерные признаки этой этнической группы. Даже если автор не знает темперамента каждого персонажа, он как минимум должен понимать особенности строения скелета и черт лица представителей этой этнической группы. Из какой бы эпохи ни был персонаж картины, его волосы, цвет глаз, черты и форма лица должны подчеркивать и явно отражать его этнические признаки». Но как же так выходит, что человек пишет персонажей из разных эпох, и хоть они разных возрастов, а в кости все они не похожи на этническую группу, к которой принадлежат? У всех персонажей прямоугольные лица — только у молодых морщин поменьше и волосы потемнее, а у пожилых больше морщин, темнее кожа и больше седины. Все эти персонажи, по сути, выглядят одинаково: широкие прямоугольные лица, высокий рост и особо крепкое телосложение. Я говорю: «Почему все эти персонажи выглядят одинаково? Они слишком похожи, и у них нет отличительных черт». Сам художник проблемы не замечает. Возможно, он написал слишком много подобных работ, и его техника стала слишком отточенной, а стиль устоялся. Когда такой человек рисует каких-то персонажей, у мужчин почти всегда одинаковая форма лица, и он не может уловить индивидуальные черты разных людей. Разве его способность оценивать и ценить вещи не плоховата? (Так и есть.) Закончив картину, он не знает, соответствуют ли те черты лица, которые он написал, особенностям скелета людей из данной этнической группы; он смутно представляет себе эти особенности. Что скажете — у такого человека средний или плохой уровень в этой области? (Плохой.) Может ли он исправить свои ошибки после советов других? Однажды Я дал такому человеку советы, но позже Я посмотрел на его работу, и она осталась точно такой же. И тут уж больше нечего говорить: из дальнейших объяснений он бы все равно ничего не понял.

Когда речь идет о вопросах, связанных со способностью людей оценивать и ценить вещи, они представляют собой проявления людей с разными степенями уровня. Обладатели хорошего уровня могут не только ценить, но и оценивать вещи. Люди с еще более высоким уровнем при столкновении с верными мыслями и взглядами продвигают их, делятся ими или обеспечивают ими других, а при столкновении с неверными мыслями и взглядами могут их идентифицировать и исправить. Люди со средним уровнем обладают определенной способностью ценить вещи, но им недостает способности их оценивать — они не могут идентифицировать вещи на ступени мысли. Люди с плохим уровнем не понимают вещи на ступени мысли, поэтому нельзя сказать, что они обладают какой-то способностью идентифицировать вещи. Люди без уровня вообще не понимают подобные вопросы. Даже если кто-то им объяснит, они все равно не смогут понять, что на самом деле представляют собой обсуждаемые мысли и взгляды. Для них это все равно что слушать рассказ о другой планете — это полностью за пределами их понимания. Таковы различные черты людей разного уровня с точки зрения способности оценивать и ценить вещи.