Божий свет ведет меня сквозь невзгоды

14 декабря 2019 г.

Чжао Синь, провинция Сычуань

Когда я была маленькой, то жила в горах. Я никогда особо не видела мира да и, на самом деле, не имела больших устремлений. Я вышла замуж и родила детей, двое моих сыновей выросли благоразумными и послушными, а муж был трудолюбивым. Хотя у нас никогда не было много денег, наша семья жила в гармонии, и я чувствовала себя очень счастливой и довольной. В 1996 году я вдруг серьезно заболела, что привело меня к обретению веры в Господа Иисуса. С тех пор я часто читала Библию и активно посещала церковные собрания. К моему удивлению, я постепенно стала поправляться, так что моя вера в следование за Господом Иисусом еще больше укрепилась.

Однако в 1999 году произошло то, чего я никак не могла предвидеть, когда полиция арестовала меня за веру в Господа Иисуса. Меня задержали на целый день и оштрафовали на 240 юаней. Хотя это может показаться не очень большой суммой, для нас, бедных фермеров, живущих в обнищавшем горном районе, это сумма немалая! Чтобы собрать достаточно денег, я продала весь арахис, который усердно сажала на своем участке. Чего я действительно не могла понять, так это почему КПК назвала меня преступницей, которая «участвовала в деятельности контрреволюционных организаций». Они также запугивали всю мою семью, говоря, что даже если мои сыновья закончат колледж, они все равно не смогут устроиться на работу. Поэтому муж, родители, родственники и друзья стали давить на меня, они пытались пресечь мою веру и препятствовать ей. Они заставили меня выполнять всю тяжелую, изнурительную работу, а я могла лишь молча терпеть это.

В 2003 году мне посчастливилось принять труд Всемогущего Бога последних дней. Читая слова Бога, я убедилась, что Всемогущий Бог — это вернувшийся Господь Иисус. Я была в полном восторге и чувствовала, что возможность воссоединиться с Богом при жизни — это действительно величайшее из благословений! Однако с тех пор давление, оказываемое на меня как КПК, так и моей собственной семьей, стало еще сильнее. Столкнувшись с подобной окружающей обстановкой, я приняла решение перед Богом: «Как бы тяжело ни было, и как бы я ни страдала, я буду следовать за Тобой до самого конца!» Позже ко мне домой пришли полицейские КПК и стали угрожать мне: «Знаешь ли ты, что твоя вера в Бога незаконна, что в этой стране она запрещена? Если будешь придерживаться своей веры, то в конце концов сядешь в тюрьму!» Когда муж услышал это, он начал давить на меня все больше и больше. Он часто бил и ругал меня и даже не позволил мне остаться в нашем доме. Не имея иного выхода, я могла лишь заглушить внутреннюю боль и уйти из дома, чтобы избежать преследования и ареста со стороны КПК. В то время, хотя из-за преследования КПК я была вынуждена покинуть родной город и бродяжничать, я все еще не понимала, чья зловещая рука, приведшая к распаду моей семьи, стояла за этим. Только лично испытав жизнь в тюрьме, а также неудержимые нападки и ложные обвинения, выдвинутые против меня КПК, я обрела некоторое истинное понимание развращенной и реакционной сущности Коммунистической партии Китая и осознала, что КПК — главный виновник, разрушающий счастливые семьи людей и навлекающий на них ужасные бедствия!

16 декабря 2012 года мы с пятью братьями и сестрами проповедовали Евангелие, когда четыре полицейских вдруг подъехали к нам на автомобиле и арестовали нас. Они отвезли нас в полицейский участок, и после того, как на меня надели наручники, один из них закричал: «Вот что я вам, люди, скажу. Вы можете воровать и грабить, убивать и поджигать, торговать собой — нам плевать. Но верить в Бога — это единственное, чего вы делать не можете! Веря в Бога, вы противопоставляете себя коммунистической партии, и должны быть наказаны!» Он залепил мне увесистую пощечину и злобно пнул меня, пока говорил. Я чувствовала, что после этих побоев не многое еще смогу выдержать, поэтому снова и снова взывала к Богу в своем сердце: «О Боже! Я понятия не имею, как долго эти злобные полицейские будут пытать меня, и чувствую, что не смогу долго продержаться. Но я лучше умру, чем стану Иудой — я не предам Тебя. Пожалуйста, присматривай за мной, защищай и направляй меня». После молитвы я молча приняла решение в сердце: «Я останусь верной Богу до последнего вздоха, буду бороться с сатаной до самого конца и останусь твердой в свидетельстве, чтобы угодить Богу!» После этого один из полицейских обыскал меня и нашел 230 юаней, которые у меня были наличными. Злобно ухмыляясь, он сказал: «Эти деньги краденые и должны быть конфискованы». С этими словами он засунул деньги в карман и оставил их себе. Затем они начали допрашивать нас. «Откуда вы, люди? Как вас зовут? Кто послал вас сюда?» Когда я назвала им свое имя и адрес, они быстро нашли в своем компьютере данные обо всей моей семье. Я только сообщила им свои основные персональные данные, но отказалась отвечать на любые вопросы о церкви.

Затем полицейские провернули одну из своих уловок. Они нашли на улице более десятка человек, которые не верили в Бога, и велели им засвидетельствовать, что я проповедовала Евангелие Царства Всемогущего Бога. Потом они наговорили этим людям кучу лжи и выдвинули множество ложных обвинений в мой адрес. Все эти люди насмехались надо мной, порочили и оскорбляли меня; я чувствовала себя очень обиженной. Я понятия не имела, как пережить эту ситуацию, поэтому просто продолжала взывать к Богу в своем сердце, чтобы Он дал мне веру и силу. Именно тогда у меня в уме пронесся отрывок из гимна Божьих слов: «Бога во плоти судят, порицают. Бесы преследуют Его. Религиозный мир Бога отвергает. Никто не может исцелить Его боль. Он спасает порочное человечество за счет исключительного терпения; Он любит людей всем своим раненным сердцем. Это самая тяжкая работа. Жестокое сопротивление людей, осуждения и клевета, ложные обвинения, преследования, травля со стороны людей и кровопролитие заставляют Божественную плоть сталкиваться с крайней опасностью при выполнении этой работы. Он страдает от этих мучительных усилий, но кто может понять Его и утешить?» («Израненный Бог любит человека» в книге «Следуйте за Агнцем и пойте новые песни»). Раньше я только теоретически понимала, какую боль испытывает Бог, чтобы спасти человечество, и только теперь, оказавшись в такой реальной ситуации, я наконец-то начала осознавать, насколько велики должны быть Божьи страдания! Бог, праведный и святой, стал плотью, чтобы жить рядом с нами, грязными и развращенными людьми; Он претерпел всевозможные насмешки и оскорбления, осуждение и клевету, травлю и гонения, чтобы спасти нас. Даже те из нас, кто действительно верит в Бога, часто не понимают Его, и мы даже неверно понимаем Его и обвиняем. Все эти удары очень болезненны для Бога, и все же, имея шрамы, Он любит людей — Его характер так велик, так благороден! Хоть я раньше читала это в Библии: «Ибо, как молния, сверкнувшая от одного края неба, блистает до другого края неба, так будет Сын Человеческий в день Свой. Но прежде надлежит Ему много пострадать и быть отвержену родом сим» (Лк. 17:24-25), — но только сегодня я увидела, что эти слова действительно сбылись! От этого мне стало очень грустно, и я пожалела, что никогда раньше не считалась с Божьей волей... Прежде чем мне удалось восстановить самообладание, полицейские повесили мне на шею табличку с надписью «Член еретической секты» и сфотографировали меня. Затем они приказали мне присесть на корточки и указывать на евангельские материалы, пока они делали еще несколько фотографий. У меня так сильно болели ноги, что я едва могла удержаться на корточках. Как раз в тот момент мой мобильный телефон начал звонить, и, вздрогнув, я подумала: «Должно быть, это звонит брат или сестра из церкви. Я абсолютно не могу впутывать их!» Я быстро схватила свой мобильный телефон и с силой швырнула его на пол, разбив на куски. Это сразу же привело полицейских в ярость. Они, казалось, сошли с ума — подняли меня за воротник, а затем несколько раз сильно ударили по лицу. Оно сразу же начало гореть огнем, а в ушах так звенело, что я ничего не слышала. Потом они продолжили изо всех сил пинать меня по ногам и, все еще не выпустив пар, эти злобные полицейские затащили меня в темную комнату, поставили спиной к стене и били по лицу. После этого они снова сильно меня побили. Мне удалось сдерживать слезы во время всего этого, и я про себя молилась Богу: «О Всемогущий Боже, я верю, что за всем, что сейчас происходит со мной, стоит Твоя добрая воля. Как бы эти злобные полицейские ни мучили меня, я всегда буду оставаться твердой в свидетельстве о Тебе и не сдамся сатане!» К моему удивлению, когда я произнесла эту молитву, мой слух внезапно восстановился, и все, что я услышала, — это слова одного из злобных полицейских: «Эта женщина действительно непоколебима. Она не пролила ни слезы, не пискнула. Может, мы просто недостаточно всыпали ей. Возьми электрошокер, и тогда посмотрим, не начнет ли она издавать звуки!» Другой полицейский схватил электрошоковую дубинку и крепко прижал ее к моему бедру. Меня тут же пронзила интенсивная боль, такая сильная, что я сразу упала на пол. Я ударилась головой о стену, и у меня потекла кровь. Полицейские показывали на меня пальцами и кричали: «Хватит притворяться. Вставай! Мы дадим тебе три минуты. Если не встанешь, мы снова тебя побьем. Даже не думай притворяться мертвой!» Но как бы они ни кричали, я действительно не могла двигаться, и в конце концов они снова со злостью пнули меня, прежде чем остановиться.

Я на самом деле не могла больше выдерживать жестокие и бесчеловечные пытки, которым подвергали меня эти злобные полицейские. Я искренне молилась Богу: «О Всемогущий Боже! Я не смогу долго продержаться. Пожалуйста, дай мне веру и силу!» В разгар моих сильных страданий я вспомнила гимн Божьих слов: «Поскольку ты веришь в Бога, ты должен вручить свое сердце Богу. Если ты принесешь в жертву свое сердце и положишь его перед Богом, тогда во время переплавки для тебя станет невозможным отвергать Бога или покинуть Его... Когда настанет день и Божьи испытания внезапно выпадут на твою долю, ты не только сможешь встать рядом с Богом, но и сможешь свидетельствовать о Боге. В тот момент ты будешь подобен Иову и Петру. Засвидетельствовав о Боге, ты искренне полюбишь Его и с радостью пожертвуешь ради Него своей жизнью; ты будешь свидетелем Бога и тем, кого Бог возлюбил. Любовь, которая пережила переплавку, сильна, а не слаба. Независимо от того, когда или как Бог подвергает тебя Своим испытаниям, ты способен не беспокоиться о том, живешь ли ты или умираешь, способен с удовольствием отказаться от всего ради Бога и с радостью вынести все во имя Бога, и за счет этого твоя любовь будет чистой, а твоя вера истинной. Только в таком случае ты будешь тем, кого Бог по-настоящему любит, и кого Бог на самом деле сделал совершенным» («Если веришь в Бога, вручи Ему свое сердце» в книге «Следуйте за Агнцем и пойте новые песни»). Божье просвещение дало мне возможность понять Его волю, а также неисчерпаемую веру и силу. Я снова помолилась Богу: «О Боже! Я верю, что все, происходящее со мной сегодня, происходит с Твоего согласия, и за всем этим стоит Твоя добрая воля. Благодаря поведению этих бесов я, наконец, вижу, что правоохранительные органы, работающие под эгидой Коммунистической партии Китая, являются насильственными организациями, и не могу уступить им. Я просто хочу отдать Тебе свое сердце и быть на Твоей стороне. О Боже! Я знаю, что моя любовь к Тебе может укрепиться, только пройдя через такие испытания и переплавку. Если сегодня сатана заберет мою жизнь, я все равно не стану роптать. Способность свидетельствовать о Тебе является честью для меня как сотворенного существа. Раньше я плохо выполняла свои обязанности и теперь в огромном долгу перед Тобой. Возможность умереть за Тебя сегодня — это самое важное. Я хочу повиноваться Тебе». После этой молитвы я была очень тронута и почувствовала, что терпеть эту боль ради следования за Богом было невероятно важно и что оно того стоило, даже если я должна была умереть!

Наверное, больше чем через 10 минут женщина-полицейский подошла, помогла мне подняться и, притворяясь доброй, сказала: «Посмотрите на себя в вашем возрасте, с обоими детьми в колледже. Действительно ли стоит сносить все это? Просто скажите нам то, что мы хотим знать, и сразу же можете уходить». Видя, что я не отвечаю, она продолжила: «Вы — мать, так что должны думать о своих сыновьях. Сейчас мы живем в сфере влияния коммунистической партии, и коммунистические власти выступают против всех религиозных верований и пресекают их. Она особенно ненавидит тех из вас, кто верит во Всемогущего Бога. Если вы настаиваете на том, чтобы выступать против властей, разве вы не беспокоитесь о том, что обвинят всю вашу семью? Рано или поздно будут втянуты ваши родители и муж, а ваши сыновья и внуки могут забыть о том, чтобы служить в армии, стать кадровыми партийными работниками или государственными служащими. Их никто не наймет даже охранниками. Вы хотите, чтобы ваши сыновья были просто рабочими, когда вырастут, перебивались случайными заработками, как вы, и всю свою жизнь были бедными?» Пока сатана осуществлял свой коварный план, направленный против меня, в моей голове промелькнули Божьи слова: «Из всего, что происходит во вселенной, нет ничего, где бы Я не имел последнего слова. Что существует такое, что не в Моих руках? Все, что Я говорю, происходит, и кто среди людей может изменить Мое мнение?» (Глава 1, «Слова Бога ко всей вселенной» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова позволили мне разглядеть коварный план сатаны, и я поняла, что они пытались заставить меня говорить, используя будущее моих детей в качестве рычага воздействия. Однако я знала, что наша человеческая судьба не в наших руках и не в руках полиции, а в руках Бога. Кем будут работать мои дети в будущем, и будут они богатыми или бедными — все зависит от Бога. Думая об этом, я нисколько не чувствовала себя принуждаемой полицейскими. Наставление Божьих слов позволило мне по-настоящему почувствовать, что Бог был рядом со мной, защищая меня, и я стала еще более стойко верить в Бога. Так что я повернула голову в сторону и молчала. Офицер отругала меня и ушла в раздражении.

Вечер подходил к концу. Видя, что они ничего не могут вытянуть ни из меня, ни из моих сестер по церкви, им ничего не оставалось, как отправить нас в уездный следственный изолятор. Но полицейские там сказали, что наше дело очень серьезное и что нас нужно отправлять в следственный изолятор города центрального подчинения. К тому времени, как мы туда добрались, было уже больше часа ночи, и все, что я могла видеть, это ряды огромных ворот из металлических прутьев — все выглядело так мрачно и ужасно. У первых ворот мы должны были снять всю одежду и пройти личный досмотр. Затем они отрезали все мои пуговицы и молнии, и мне пришлось надеть искромсанную одежду; я чувствовала себя нищей. У вторых ворот нам пришлось пройти медосмотр. Они видели синяки на ногах от побоев полицейских и то, что мне было трудно ходить, но на голубом глазу солгали, сказав: «Все совершенно нормально. Не о чем беспокоиться». В тюремных правилах четко указано, что, в случае обнаружения каких-либо заболеваний или травм в ходе медицинского осмотра, должно быть назначено лечение, но на самом деле их не волнует, будут заключенные жить или умрут. Они сказали мне с сарказмом: «У вас, верующих во Всемогущего Бога, есть Бог, чтобы защищать вас. Ты справишься». Меня отвели в камеру. Заключенная высунула голову из-под простыней и крикнула мне: «Снимай всю одежду!» Я умоляла ее не заставлять меня снимать нижнее белье, но она только злобно ухмыльнулась и сказала: «Если попала сюда, то должна следовать правилам». Тогда все остальные заключенные высунули головы из-под простыней и стали издавать всевозможные ужасные звуки. В этой камере площадью чуть более 20 квадратных метров было заперто 18 заключенных — наркоторговцы, убийцы, расхитители и воры. Работа «шефа» этого места, смотрящей, состояла в том, чтобы каждый день наказывать людей всевозможными способами — она просто мучила людей ради забавы. Утром ее заместительница научила меня правилам и сказала, что мне придется мыть пол дважды в день. Она постоянно находила для меня занятия и сказала, что я всегда должна выполнять свою норму выработки и что мне нужно пошевеливаться, иначе меня накажут. Тюремные надзиратели вели себя как дикие звери и тоже часто наказывали заключенных безо всякой причины. Одна из них угрожала мне, говоря: «Будет так, как я сказала. Мне плевать, если ты донесешь на меня. Иди, доноси, если хочешь, и ты получишь от меня больше, чем ожидала!..» Эти злобные тюремные надзиратели были абсолютно безудержны и полностью неистовы. Там деньги правили миром, и если кто-то платил тюремным надзирателям деньги, «закон» на них не распространялся. Одна заключенная была женой чиновника, который присвоил большую сумму денег. Она часто давала тюремным надзирателям деньги и каждый день покупала «шефу» жареные закуски. Благодаря этому она целый день ничего не делала, а другие мыли ее посуду и заправляли постель. Хотя я жила в этой адской тюремной камере без денег и прав, и каждый день мне приходилось терпеть всевозможные издевательства и мучения, единственное, что меня утешало, это то, что там со мной были две сестры из церкви. Мы были как семья. В это трудное время мы общались друг с другом, когда у нас была возможность; мы оказывали поддержку и помощь друг другу. Мы все время полагались на Бога, прося Его дать нам веру и силу. Каждая из нас помогала другим и поддерживала их, и вместе мы пережили это ужасное время.

Полицейские допрашивали меня еще четыре раза, пока я была в следственном изоляторе. Однажды мужчины, которые пришли меня допрашивать, представились сотрудниками Бюро общественной безопасности города центрального подчинения и Аппарата национальной безопасности. Я подумала про себя: «Сотрудники Бюро общественной безопасности города центрального подчинения, несомненно, будут более профессиональными и образованными, чем полицейские в моем местном полицейском участке. Они должны обеспечивать строгое соблюдение закона справедливым образом». Но реальность была не такой, как я себе представляла. Как только человек из Бюро общественной безопасности города центрального подчинения вошел в комнату, он развалился на стуле, положив ноги на стол. Вся его поза излучала надменность, и он смерил меня презрительным взглядом. Затем он встал и подошел ко мне. Он глубоко затянулся сигаретой и выпустил дым мне в лицо. Увидев это, я, наконец, поняла, что все коммунистические полицейские одинаковы, и не могла не посмеяться над собой из-за своих мыслей о том, что этот человек будет каким-то другим. Я не знала, какие приемы они собирались испытывать на мне дальше, поэтому молча помолилась Богу: «О Всемогущий Боже. Пожалуйста, дай мне мудрость победить сатану и возможность прославить Тебя и оставаться твердой в свидетельстве о Тебе!» Тогда полицейский из Аппарата национальной безопасности сказал: «Мы уже все о тебе знаем. Сотрудничай с нами, и мы тебя отпустим». Я взглянула на него и невесело рассмеялась. Думая, что я готова пойти на компромисс, они сказали: «Теперь ты готова сотрудничать?» Я ответила: «Я давным-давно сказала все, что должна была». Это тут же вызвало у злобных полицейских неистовую ярость, и они начали выкрикивать ругательства. «Мы пытаемся предложить тебе достойный выход, а ты отказываешься! Если ты не собираешься говорить сегодня, у меня есть полно времени для тебя. Я вытащу твоих сыновей из школы и прослежу, чтобы они не смогли закончить свое обучение». Затем они вытащили мой мобильный телефон и стали угрожать мне: «Чьи это номера на твоей SIM-карте? Если ты не скажешь нам этого сегодня, то получишь 7-8 лет тюремного заключения. Мы заставим других заключенных постоянно тебя мучить, и ты пожалеешь, что не сдохла!» Как бы он ни давил на меня, чтобы получить ответы, я молчала. Я даже не боялась, ибо Божьи слова просвещали меня глубоко внутри: «в связи с тем, что ты должен выдержать такое страдание, чтобы быть спасенным и выжить, и более того, это предопределено Богом. И потому, в случае если на твою долю выпадают страдания, это твое благословение... Стоящий за этим смысл чрезвычайно глубок и исключительно важен» («Утратившие работу Святого Духа подвергаются риску в наибольшей степени» в книге «Записи разговоров Христа»). Этот раунд допроса длился два с половиной часа. Видя, что ничего от меня не добились, они стали больше угрожать мне, а потом ушли с удрученным видом.

6 января 2013 года полицейские пошли другим путем и сказали, что отвезут меня домой. Они заставили меня надеть тюремную форму и наручники и повезли обратно в мой местный полицейский участок в автозаке. Когда я туда приехала, мне сказали, что эти злобные полицейские нашли моих сыновей и свекров, обыскали наш дом, навели справки и получили хорошее представление о том, чем я занималась последние несколько лет. Один из тамошних полицейских сказал: «Мы годами охотились за этой женщиной и так и не поймали ее. Когда умер ее муж, она осталась дома только на одну ночь. Мы впустую потратили много дней в ее доме, ожидая ее. Когда ее сыну делали операцию на сердце, мы пошли в больницу, чтобы поймать ее, но она так и не появилась. Она так сильно верит в Бога, что бросила всю свою семью. Теперь, когда она у нас, мы должны раз и навсегда разобраться с ней!» Когда я услышала его слова, мое сердце возопило: «Когда это я не хотела возвращаться домой? Смерть моего мужа была опустошительной, и я так ужасно волновалась, когда моему сыну делали операцию на сердце. Я так сильно хотела быть рядом с сыном. Дело не в том, что я их бросила, а в том, что КПК упорно преследовала меня и охотилась за мной, делая невозможным мое возвращение домой!» Автозак мчался по шоссе к моему дому, а я молча рыдала в душе. Я безостановочно молилась Богу: «О Боже! Из-за преследований КПК меня не было дома много лет. Скоро я увижу свою семью и боюсь, что, увидев их, ослабею и стану жертвой коварного плана сатаны. Пожалуйста, помоги мне и дай возможность жить с достоинством и твердостью характера одной из верных Божьих даже перед лицом сатаны. Не дай мне быть обманутой ими. Прошу лишь о том, чтобы быть твердой в свидетельстве о Тебе, дабы угодить Тебе!» Закончив молиться, я почувствовала себя гораздо более расслабленной и освобожденной. Я знала, что это Бог сопровождает меня и дает мне силы. Когда мы были почти у моего дома, полицейские остановилась на обочине шоссе. В тюремной форме и наручниках меня заставили пешком вести их к себе домой. Все соседи стояли в отдалении, уставившись на меня и показывая в мою сторону; я слышала, как они оскорбляли меня и насмехались надо мной за моей спиной. Когда мы вошли в ворота, ведущие во двор, я сразу же увидела там сына, стирающего одежду. Он слышал, как я вошла, но не поднял головы, и я знала, что он ненавидит меня. Мои свекры поседели. Свекровь вышла и поприветствовала этих злобных офицеров, но потом молчала. Злобный полицейский спросил: «Эта женщина ваша невестка?» Она слегка кивнула. Затем он начал угрожать моим свекрам: «Если она не будет сотрудничать с нами, нам придется позвонить в школу, и очень скоро ее сыновей выгонят. Мы даже отменим ваши выплаты по социальному страхованию вместе со всеми другими пособиями, которые вы получаете». Лица моих престарелых свекров стали мертвенно-бледными, когда он угрожал им, а их голоса дрожали, когда они говорили. Они поспешили признать, что меня не было шесть-семь лет, и что я практиковала свою веру в других местах. Тогда полицейские заорали на них: «Все эти годы партия и народ так хорошо заботились о вас. Скажите, коммунистическая партия хорошая?» Моя свекровь была так напугана, что сразу же ответила: «Да, хорошая». Тогда полицейские спросили: «А ее нынешняя политика хорошая?» Она ответила: «Да, хорошая». «А все несчастья, которые случились в вашей семье, — продолжал полицейский, — и смерть вашего сына, разве произошли не из-за вашей невестки? Разве не она принесла беду в вашу семью?» Моя свекровь опустила голову и слегка кивнула. Увидев, что их план сработал, полицейские затащили меня внутрь и заставили посмотреть на все полученные моим сыном награды, которые висели на стене. Затем один из них напустил на себя важность и указал на меня, ругая: «Никогда в жизни я не встречал никого столь бесчеловечного, как ты. Такой хороший сын, а ты просто бросаешь его и убегаешь, чтобы верить в Бога! Что ты получаешь, поступая так?» Глядя на все полученные сыном награды, которые покрывали стену, я думала о том, как моя вера теперь повлияет на его учебу, и о том, как запугивали моих свекров и угрожали им — моя семья была разорвана на части! Но кто был причиной всего этого? Это только из-за моей веры? Моя вера в Бога — это стремление к истине и путешествие по верному жизненному пути. Что в этом плохого? Если бы КПК не охотилась на меня и не преследовала, разве мне пришлось бы держаться подальше от собственного дома и прятаться все эти годы? И все же они ложно обвиняли меня в том, что я не забочусь о своей семье и не живу своей жизнью. Делая это, разве они не искажали факты и не переворачивали истину с ног на голову? Прямо в тот момент ненависть, которую я внутренне испытывала к этим демонам сатаны, восстала и была готова вырваться из меня, как извергающийся вулкан — я хотела закричать: «Демоны сатаны! Я ненавижу вас! Я ненавижу вас до мозга костей! Разве не гонения КПК удерживали меня все эти годы вдали от моего собственного дома? Разве я не хотела быть рядом с сыном, чтобы дарить ему материнскую любовь и теплоту? Разве я не хотела жить в мире и счастье с собственной семьей? И все же вы, бесы сатаны, теперь внезапно преображаетесь и притворяетесь хорошими людьми, отчитывая нас, возлагая вину за все плохое, что случилось с нашей семьей, на Бога и перекладывая ответственность за все это на мои плечи. Вы и правда переворачиваете истину вверх тормашками и несете полную ерунду! Вы, злые духи, так испорчены, и прикидываетесь невинными, когда вы — худшие из преступников. Вы настоящие вестники невезения, дурные знамения, несущие беду! КПК — главный виновник разрушения моей семьи! О каком счастье можно говорить для людей, живущих в этой стране?» Закончив свой фарс, они крикнули мне: «Шевелись!» — и приказали выйти из дома. Я благодарю Всемогущего Бога за то, что защитил меня и дал возможность разглядеть коварные планы сатаны, ясно увидеть реакционную порочность КПК и оставаться твердой в своем свидетельстве!

12 января полицейские допрашивали меня в последний раз. Двое полицейских в очередной раз пытались заставить меня продать моих братьев и сестер, но как бы они ни угрожали мне и не принуждали меня, я просто сказала, что не знаю. Услышав, что я ничего не знаю, они тут же пришли в бешенство, стали сильно хлестать меня по лицу и таскать за волосы, будто сошли с ума. Они стояли по обе стороны от меня, толкая меня туда-сюда и пиная по ногам со всей силы. Затем они ударили меня по голове медной трубой, крича: «Думаешь, я не ударю тебя? И что ты сделаешь? Давай посмотрим, насколько ты крутая!» Благодарение Всемогущему Богу, что защитил меня. Хотя они подвергали меня таким мучениям, я чувствовала лишь, что мое тело онемело; мне было лишь немного больно. Эти двое злобных полицейских издевались надо мной четыре часа, пока совсем не измучились и не взмокли и только после этого остановились. Они сидели на диване, запыхавшись, и говорили: «Ладно, просто подожди, пока проведешь остаток своей жизни в тюрьме. Тогда ты больше никогда не будешь свободна, даже если умрешь!» Я ничего не почувствовала, когда услышала эти слова, поскольку мое сердце уже очерствело, и я поклялась никогда не сдаваться этим бесам даже ценой собственной жизни. Я молча помолилась Богу: «О Боже, я хочу отдать себя Тебе. Даже если полицейские злодеи запрут меня в тюрьме на всю оставшуюся жизнь, я все равно буду следовать за Тобой до самого конца. Я буду восхвалять Тебя, даже если попаду в ад!» Вернувшись в свою камеру, я была полностью уверена, что меня посадят в тюрьму на всю оставшуюся жизнь, поэтому для меня стало неожиданностью, когда Бог открыл мне путь на свободу. Во второй половине дня 16 января полицейские неожиданно отпустили меня безо всяких обвинений.

Этот трудный опыт был похож на дурной сон, который мне невыносимо вспоминать. В самых страшных снах мне не могло привидеться, что такая обычная женщина как я станет «объектом интереса» полиции просто за веру в Бога, что КПК будет считать меня врагом и что я подвергнусь такой смертельной опасности. Однажды во время допроса я спросила их: «Что я сделала не так? Какой закон я нарушила? Что я сказала против партии или против народа? Почему меня арестовали?» Полицейские не смогли ответить на мои вопросы, поэтому просто кричали на меня: «Можешь воровать и грабить, можешь убивать и поджигать, можешь торговать собой — нам плевать. Веря в Бога, ты противопоставляешь себя коммунистической партии и должна быть наказана!» Такие высокомерные, тиранические, искажающие истину слова исходили прямо из уст дьявола! Вера в Бога и поклонение Ему — это непреложный принцип; он согласуется с волей небес и соответствует сердцам людей. Коммунистическая партия Китая противится Богу и запрещает людям идти по верному пути. Вместо этого она возлагает вину на своих жертв и бесстыдно утверждает, что мы ее враги, тем самым полностью разоблачая свою демоническую сущность! КПК не только яростно противится Божьему труду и арестовывает верующих, но и фабрикует слухи, чтобы обманывать людей, с тем чтобы каждый верил ее лжи и отвергал Бога, противился Ему; она также уничтожает шансы людей на достижение истинного спасения. Дурные поступки, которые совершила КПК, действительно слишком многочисленны, чтобы их перечислить, и она навлекла на себя гнев и человека, и Бога! Пережив страдания, причиненные этими демонами, я с абсолютной ясностью увидела противящуюся Богу реакционную сущность КПК, которая противоречит воле Небес, и действительно оценила Божью любовь и заботу. Я увидела, что сущностью Бога является красота и доброта. Каждый раз, когда мне было больнее всего или труднее всего было переносить страдания, Божьи слова были во мне, направляя и просвещая меня, даруя мне силу и веру, и они дали мне возможность разглядеть коварные планы сатаны и занять твердую позицию. Я действительно чувствовала Божье присутствие и наставление, и только тогда смогла преодолеть все трудности и оставаться твердой в своем свидетельстве — Божья любовь так велика! С этого дня я буду посвящать всю себя тому, чтобы воздать за Божью любовь, и буду стараться обрести истину и жить содержательной жизнью.

Предыдущая статья: Божье слово — моя сила в жизни

Как мудрые девы встретили пришествие Господа? Здесь есть путь.

Похожие темы

Божье слово — моя сила в жизни

Сюй Чжиган, город центрального подчинения Тяньцзинь В прошлом я находился под сильным влиянием традиционных китайских ценностей и сделал...

Бог — моя сила в жизни

Сяохэ (провинция Хэнань) Я следую за Всемогущим Богом уже 14 лет, хотя кажется, будто прошло всего мгновение. За эти годы я пережила взлеты...