После пережитых тягот моя любовь к Богу стала еще сильнее

14 декабря 2019 г.

Чжоу Жуй (провинция Цзянси)

Меня зовут Чжоу Жуй, я христианин Церкви Всемогущего Бога. С тех пор как я начал осознавать мир, я мог наблюдать, как мои родители, чтобы прокормиться, с утра до ночи тяжело трудятся в поле. Несмотря на значительные усилия, они год за годом почти ничего не зарабатывали, поэтому наша семья всегда жила в крайней бедности. Всякий раз, когда я видел, как люди, обладающие властью и влиянием, ведут вполне комфортную жизнь без необходимости тяжело работать, я испытывал к ним зависть, и поэтому принял твердое решение: когда вырасту, я обязательно сделаю карьеру или получу государственную должность, чтобы избавить свою семью от бедности и отсталости, чтобы мои родители тоже пожили богато. Однако я стремился к этому идеалу в течение многих лет, но так и не смог добиться того, чего хотел, продолжая жить в бедности. Я часто вздыхал, беспокоясь о том, что мне нечего предъявить в доказательство того, как много я работаю, и постепенно я потерял веру в жизнь. Именно тогда, когда я начал падать духом и разочаровываться в жизни, спасение последних дней Всемогущего Бога снизошло на меня. Из Его слов я постиг некоторые истины и узнал первопричину человеческих страданий в мире. Я также понял, как нужно жить людям, чтобы жизнь их была максимально осмысленной и целесообразной. С тех пор, хоть я и был растерян и беспомощен, я обрел свое направление в жизни. Оставив позади депрессию и уныние, я почувствовал новый жизненный шанс и энергию, а также увидел в жизни надежду. Чтобы те, кто все еще чувствовал свою беспомощность и жил в страданиях, могли также получить это чрезвычайно редкое спасение, я впоследствии начал ходить от дома к дому, активно проповедуя Божье спасение последних дней. Однако я не ожидал, что в процессе распространения благой вести я дважды буду задержан китайскими властями и подвергнусь жестоким, бесчеловечным пыткам... В этой чудовищной мрачной яме Всемогущий Бог никогда не покидал меня; Его слова давали мне веру и силу, снова и снова ведя меня к победе над темными силами сатаны и укрепляя мою любовь к Богу.

Был июньский день 2003 года. Мы с двумя братьями отправились в деревню, чтобы распространять благую весть, когда какой-то нечестивец донес на нас. Пять или шесть полицейских в трех полицейских машинах внезапно подъехали к нам, и, не задавая ни единого вопроса, надели на нас наручники. Толчками и пинками нас заставили сесть в машины и отвезли в Бюро общественной безопасности. В машине я вообще не испытывал страха. Я всегда считал, что цель распространения благой вести — принести людям спасение, так что мы не делали ничего плохого; как только мы приедем в бюро, я объясню ситуацию, и полиция нас отпустит. Однако откуда мне было знать, что полицейские, служащие китайскому правительству, более жестоки и свирепы, чем бандиты или злобные тираны. После того, как мы прибыли в бюро общественной безопасности, полиция даже не дала нам возможности объясниться, тут же разделив нас и допросив по отдельности. Не успел я войти в комнату для допросов, как полицейский рявкнул на меня: «Ты в курсе, что коммунистическая партия проводит политику “Снисхождение к признавшимся, суровость к сопротивляющимся”?» Далее он стал интересоваться моей персональной информацией. Видя, что мои ответы его не устраивают, другой полицейский подошел ко мне и проворчал: «Хм, ты нам не помогаешь. Надо преподать тебе урок и тогда посмотрим, заставит ли это тебя рассказать правду». Он махнул рукой и сказал: «Принесите-ка кирпичей, чтобы наказать его!» Не успел он произнести эти слова, как подошли двое полицейских, схватили меня за руку и дернули ее от плеча вниз вдоль спины, одновременно поднимая вверх другую руку, а затем с силой сковали их вместе наручниками. Я мгновенно почувствовал невыносимую боль, словно руки вот-вот будут переломаны. Разве мог такой слабый человек, как я, вынести такие мучения? Спустя мгновение я упал, потеряв сознание. Увидев это, злобные полицейские резко дернули наручники вверх и втиснули два кирпича между моими руками и спиной. Мое сердце пронзила внезапная острая боль, словно тысячи муравьев прогрызали насквозь мои кости. В полной агонии я собрал свои последние силы, чтобы взмолиться Богу: «Всемогущий Боже, спаси меня. Всемогущий Боже, спаси меня...» Хотя на тот момент я всего лишь около трех месяцев назад принял Божье спасение последних дней, еще не был вооружен многими Его словами и понимал только скудную часть истин, тем не менее, поскольку я непрерывно умолял, Бог даровал мне веру и силы и заронил во мне твердое убеждение: я должен оставаться твердым в свидетельстве о Боге; я ни в коем случае не должен сдаваться сатане! После этого я стиснул зубы и решительно отказался произнести хотя бы слово. Полицейские, сконфуженные и озлобленные, желая подчинить меня, испробовали еще один жестокий трюк: они положили на пол два кирпича и силой принудили меня встать на них коленями; в то же время они сильно потянули меня за наручники. В руках сразу же возникла такая невыносимая боль, что казалось, словно они переломаны. Я заставил себя простоять на коленях несколько минут, прежде чем снова безжизненно свалиться на пол, после чего полицейские силой подняли меня обратно за наручники и снова заставили стоять на коленях. Подобным образом меня пытали снова и снова. Был разгар лета, поэтому мне было одновременно больно и душно; капли пота непрерывно текли у меня по лицу. Мне было настолько тяжело держаться на ногах, что я стал задыхаться и чуть не упал в обморок. Но даже при этом банда полицейских злодеев откровенно радовалась моему несчастью. «Нормально себя чувствуешь? — обратился ко мне один из них, — Если будешь и дальше отказываться говорить, то у нас еще полно методов справиться с тобой!» Видя, что я не отвечаю, они вскипели от досады, говоря: «Значит, тебе все еще мало? Тогда еще раз!» ... После двух-трех часов истязаний у меня болело все тело с головы до ног и совсем не осталось сил. Упав на пол, я не мог пошевелиться, я даже не мог контролировать мочевой пузырь и кишечник. Столкнувшись с жестокими пытками злобных полицейских, я искренне ненавидел себя за то, что раньше был таким слепым и невежественным; я наивно полагал, что бюро общественной безопасности будет местом благоразумия и что полицейские станут отстаивать справедливость и отпустят меня. Я никак не ожидал, что они окажутся настолько злобными и жестокими, что без малейших доказательств будут стараться выбить признание с помощью пыток, истязая меня чуть ли не до смерти. Они действительно злобны до крайности! Я лежал на полу, словно распавшись на куски, и не мог пошевелиться, даже если бы захотел. Я не знал, как еще они собираются пытать меня, и также не знал, как долго еще я смогу продержаться. Измученный и беспомощный, все, что я мог сделать, — это постоянно умолять Бога дать мне силы, чтобы я мог продолжать терпеть. Бог услышал мою мольбу и сжалился надо мной, побудив меня вспомнить одно из Его речений: «Сейчас решающий момент. Ни в коем случае не отчаивайтесь и не падайте духом. Вы должны во всем смотреть перед... Доколе у вас остается хотя бы один вздох, упорствуйте до самого конца; только это будет достойно похвалы» (Глава 20, «Слова Христа в начале эпохи» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова даровали мне безмерную веру и силу. Они были так верны! Поскольку я шел по пути света и праведности, мне нужна была вера, чтобы продолжать свой путь; даже если бы мне пришлось умереть, я все равно должен был упорствовать до конца! Божьи слова гудели, наполненные жизненной силой, они наделили меня верой и мужеством, чтобы я мог бороться с этими злобными бесами до конца, и постепенно мои физические силы частично восстановились. После этого полицейские злодеи продолжали допрашивать меня, безжалостно топчась по моим ногам, пока не раздавили и не искалечили их. Тем не менее, я больше не ощущал боли. Я знал, что это произошло благодаря чудным делам Божьим; сжалившись надо мной и сочувствуя моей слабости, Он облегчил мои страдания. Позже зловредные полицейские взяли нас под стражу по обвинению в «нарушении общественного порядка». В ту ночь нас приковали наручниками к отдельно стоящему цементному блоку в два центнера весом, продержав нас так до следующего вечера, когда нас перевезли в местный следственный изолятор.

Попасть в следственный изолятор было равносильно попаданию в ад. Тюремные надзиратели принудили меня делать гирлянды из разноцветных лампочек. Сначала меня заставляли нанизывать по шесть тысяч лампочек в день, но после этого количество увеличивалось с каждым днем, пока в итоге не достигло двенадцати тысяч. В результате этой непомерной ежедневной нагрузки я стер пальцы в кровь, но так и не мог выполнить задание. Мне ничего не оставалось, кроме как продолжать нанизывать гирлянды всю ночь. Временами я уже не мог это вынести и хотел хоть немного поспать, но поскольку за мной наблюдали, меня жестоко избивали. Надзиратели даже подстрекали тюремных хулиганов, громко говоря: «Если заключенные не могут выполнить свою работу или сделать ее правильно, им следует вколоть пару уколов “пенициллина”». «Уколом пенициллина» у них назывался удар коленом в промежность заключенного, а когда тот сгибался от боли, его сильно били локтем в спину, а затем пяткой наступали ему на ногу. Такой жестокий прием иногда мог довести человека до мгновенной потери сознания, а то и оставить калекой на всю жизнь. В этой дьявольской тюрьме я ежедневно выполнял тяжелую каторжную работу и по-прежнему сносил жестокие побои. Вдобавок ко всему, трехразовое питание, которое мы получали, не годилось даже для собак и свиней. Яства, которыми нас кормили, состояли из ничем не приправленных листьев редиски и водяного шпината (который часто перемежался с гнилыми листьями и кореньями, песком и грязью), а также из ста пятидесяти граммов риса и чашки воды, в которой промывали рис. Весь день я был настолько голоден, что у меня постоянно урчал желудок. В подобной обстановке я мог полагаться только на Всемогущего Бога. Всякий раз, когда меня били, я настойчиво молился, умоляя Бога дать мне веру и силы преодолеть искушения сатаны. После более чем двадцати дней насилия и мучений тело мое было истощено до неузнаваемости. У меня не было сил ни в руках, ни в ногах, я не мог стоять прямо, не было даже сил вытянуть руки. Тем не менее, невменяемые надзиратели были не только безразличны к моему состоянию, но даже присвоили несколько сотен юаней, которые прислала мне моя семья. С течением времени мое физическое состояние все ухудшалось; я так ослабел, что не переставал жаловаться самому себе: «Почему в этой стране тот, кто верует в Бога, должен подвергаться таким страданиям? Неужели причина в том, что я распространяю благую весть, чтобы люди пришли к Богу и получили Божье спасение? Я ведь даже не совершал никаких преступлений...» Чем больше я думал об этом, тем тяжелее мне было выносить все это, и тем большую несправедливость я ощущал. Все, что я мог делать, — это постоянно молиться Богу и умолять Его сжалиться надо мной и спасти меня. На пике моих страданий и беспомощности Бог заставил меня вспомнить гимн Его слов: «2 Возможно, вы все помните слова: „Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу“. В прошлом вы все слышали это высказывание, но никто из вас не понял истинный смысл этих слов. Сегодня вы хорошо понимаете их настоящую значимость. Именно эти слова Бог воплотит в жизнь в последние дни. И они свершатся по отношению к тем, кто был жестоко уязвлен большим красным драконом на земле, в которой он лежит. Большой красный дракон преследует Бога и является врагом Божьим, поэтому, пребывая в этой земле, верующие в Бога подвергаются унижению и гонению. Вот почему эти слова воплотятся в реальность в вашей группе людей. 3 Для Бога весьма затруднительно выполнять Свою работу в земле большого красного дракона, но именно через подобные трудности Бог приводит в исполнение этап Своей работы, чтобы явить Свою мудрость и дивные дела. Бог пользуется такой возможностью, чтобы сделать эту группу людей целостной. По причине страдания людей, их уровня и всего сатанинского характера людей в этой нечистой земле Бог совершает Свой труд очищения и завоевания таким образом, чтобы из этого Он мог обрести славу и приобрести тех, кто настойчив в свидетельстве о Его деяниях. В этом заключается полное значение всех тех жертв, которые Бог принес ради данной группы людей» («Бог обрел в Китае группу людей, которые несут свидетельство о Нем» в книге «Следуйте за Агнцем и пойте новые песни»). Божьи слова дали мне огромное утешение и ободрение, они позволили мне понять Его волю. Поскольку мы веруем в Бога в атеистической стране, мы обречены терпеть гнет и гонения беса сатаны; однако то, что мы подвергаемся этой муке, разрешено Богом, поэтому подобное страдание имеет ценность и смысл. Именно посредством таких преследований и страданий Бог насаждает в нас истину, тем самым делая нас достойными нести Его обетование. Это «страдание» является благословением Божьим, и возможность оставаться верным Богу через это страдание является свидетельством победы Бога над сатаной, а также убедительным доказательством того, что я был обретен Богом. «Сегодня, — думал я, — я страдаю от преследований со стороны бесов Коммунистической партии Китая из-за того, что следую за Богом, и таким образом Бог проявляет ко мне особую благосклонность, поэтому по справедливости я должен подчиниться Божьему руководству и с радостью и непоколебимым спокойствием встретить и принять это страдание». Я вспомнил еще одно Божье речение, произнесенное в Период Благодати: «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5:10). В тот момент у меня даже прибавилось веры и сил. Как бы сатана и его бесы ни мучили меня, я был полон решимости не поддаваться им и поклялся, что буду оставаться твердым в свидетельстве и угождать Богу! Наделенные властью и силой, Божьи слова развеяли опустошенность и беспомощность, которые я испытывал, и облегчили разрушительные физические страдания, которым меня подвергали. Они позволили мне увидеть свет во мраке, а мой дух становился сильнее и непреклоннее.

Позже, несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, китайское правительство приговорило меня к году трудового перевоспитания. Когда полиция доставила меня в трудовой лагерь, тюремные надзиратели увидели, что на мне одна кожа да кости, и я едва похож на человека. Боясь, что я умру, они не решились принять меня, поэтому полицейским ничего не оставалось, как отвезти меня обратно в следственный изолятор. К тому времени полицейские злодеи истерзали меня до такой степени, что я не мог есть, однако мне не только не оказывали медицинскую помощь, но даже говорили, что я симулирую. Видя, что я не могу протолкнуть в себя еду, они заставляли кого-нибудь открывать мне рот и силой вливали пищу. Когда они видели, что я с трудом глотаю, они избивали меня. В общей сложности меня трижды насильно кормили и били, словно тряпичную куклу. Поняв, что больше вливать в меня еду не получится, им ничего не оставалось, как везти меня в больницу. Обследование показало, что мои вены затвердели, кровь превратилась в черный клейстер и не могла нормально циркулировать. Доктор сказал: «Если этого человека продержат в заключении еще немного, он, вне всякого сомнения, умрет». Тем не менее, злобные ненавистные полицейские по-прежнему не отпускали меня. Позже, когда моя жизнь висела на волоске, другие заключенные говорили, что я безнадежен и со мной все кончено. К тому времени я был в совершенной агонии; я понимал, что, поскольку я так молод и только недавно принял Божью работу последних дней, меня ждало еще так много радостей, и я все еще не увидел дня Божьей славы. Я воистину не мог смириться с тем, что китайские власти замучат меня до смерти. Я решительно презирал эту свору совершенно бессердечных злобных полицейских, но еще большую ненависть испытывал к этому извращенному, нечестивому, бросающему вызов Небесам сатанинскому режиму, которым является китайское правительство. Именно этот режим лишил меня свободы следовать за истинным Богом, он привел меня на грань смерти и не позволял мне поклоняться истинному Богу. Коммунистическая партия безумно противится Богу, жестоко преследует христиан, желая истребить всех, кто верит в Бога, и превратить Китай в край безбожия. Этот злой бес сатана в самом деле является врагом, непримиримо противостоящим Богу, более того, он — тот враг, которого я никогда не смогу простить. Я поклялся, что даже если меня замучают до смерти в тот день, я ни за что не пойду на компромисс и не уступлю сатане! В своем горе и негодовании я вспомнил то, что говорил Бог: «Тысячи лет ненависти сосредоточились в сердце, тысячелетия греховности начертаны на сердце — как может это не внушать отвращения? Отомсти за Бога, полностью уничтожь Его врага, не позволяй этому дальше распространяться и не позволяй этому создавать столько неприятностей, сколько желала бы ненависть! Сейчас самое время: человек уже давно собрал всю свою силу, посвятил все свои усилия, оплатил по всем счетам ради этого, — чтобы сорвать маску с отвратительного лика этого беса и дать возможность ослепленным и пережившим всякого рода страдания и тяготы людям восстать от своей боли и повернуться спиной к этому злому древнему дьяволу» («Работа и вхождение (8)» в книге «Слово является во плоти»). После тщательного размышления над Божьими словами я еще яснее увидел злое, жестокое бесовское лицо китайских властей и осознал, что в этот самый момент я столкнулся с духовной битвой между жизнью и смертью, между добром и злом. Разрушая меня подобным образом, китайские власти преследовали цель заставить меня оставить Бога и предать Его, но Бог, укрепив меня, напомнил мне, чтобы я оставался сильным, освободился от власти смерти и принес победоносное свидетельство о Нем. Мне нельзя было поддаваться унынию; я должен был усердно взаимодействовать с Богом и подчиняться Его руководству и обустройству. Подобно Петру, я должен был покориться смерти и в последний момент своей жизни принести твердое, звучное свидетельство о Боге и тем утешить Его сердце. Моя жизнь была в руках Бога, и хотя сатана мог покалечить и убить мое физическое тело, он не мог уничтожить мою душу, не говоря уже о том, чтобы помешать моей решимости верить в Бога и стремиться к истине. Неважно, выжил бы я в тот день или нет, моим единственным желанием было доверить свою жизнь Богу и принять Его руководство; даже если бы я был изувечен до смерти, я бы ни за что не сдался сатане! Когда я стал готов пожертвовать своей жизнью и принял решение оставаться твердым в свидетельстве о Боге, Бог открыл мне выход, побудив других заключенных кормить меня. Когда это случилось, я был очень взволнован; в глубине души я знал, что Бог рядом и что Он всегда был со мной. Все это время Он охранял и защищал меня, сопереживал моей слабости и тщательно все устраивал для меня. В этом мрачном логове дьяволов, несмотря на то, что тело мое было разрушено, в моем сердце больше не было столько боли и страданий. После этого злобные полицейские продержали меня под стражей еще пятнадцать дней, но, видя, что моя жизнь висит на волоске и что я могу умереть в любой момент, им в итоге ничего не оставалось, как освободить меня. Первоначально я весил больше пятидесяти килограммов, но на протяжении почти двух месяцев, проведенных в заключении, меня истязали до тех пор, пока от меня не остались только кожа и кости, я весил всего двадцать пять или тридцать килограммов, а жизнь моя висела на волоске. Тем не менее, эта свора чудовищ все еще хотела, чтобы я уплатил штраф в десять тысяч юаней. В конце концов, видя, что моя семья в самом деле не может предоставить им такую крупную сумму денег, они потребовали шестьсот юаней, чтобы покрыть расходы на мое питание, и только после того, как они были выплачены, меня отпустили.

Испытав бесчеловечные пытки и жестокое обращение со стороны китайских властей, я чувствовал себя так, словно едва избежал врат ада. То, что я смог выйти живым, стало возможным только благодаря Божьей заботе и защите; это Бог показал мне Свое великое спасение. Думая о Божьей любви, я с удвоенной силой ощутил волнение и еще сильнее оценил ценность Божьих слов. После этого я ежедневно жадно читал Божьи речения и часто молился Ему. Постепенно я стал обретать все большее понимание той работы, которую Бог осуществлял для спасения человечества в последние дни. Спустя некоторое время мое тело под Божьим присмотром постепенно восстановилось, и я снова начал распространять благую весть и нести свидетельство о Божьей работе в последние дни. Однако до тех пор, пока существует сатанинский режим, он никогда не перестанет пытаться мешать Божьей работе в стремлении разрушить ее. В дальнейшем китайская государственная полиция снова подвергла меня безумным преследованиям и аресту.

В тот день в ноябре 2004 года дул очень холодный зимний ветер, и в воздухе кружились крупные снежинки. Пока мы с несколькими братьями и сестрами благовествовали, за нами тайно следила полиция КПК. В 8 часов вечера прошла уже половина собрания, когда мы вдруг услышали настойчивый стук в дверь и крик: «Открывайте! Открывайте дверь! Мы из бюро общественной безопасности! Если сейчас же не откроете, мы вышибем дверь!» Не имея времени на раздумья, мы поспешно спрятали видеоплееры, книги и другие материалы. Через мгновение в дом ворвались пятеро или шестеро полицейских, словно стая бандитов или грабителей. Один из них проревел: «Не двигаться! Руки за голову, сели на корточки у стены!» Тут же несколько полицейских бросились в каждую комнату и перевернули все вверх дном. Они конфисковали четыре портативных видеоплеера и несколько книг о вере. Сразу же после этого нас силой посадили в машины и отвезли в местный полицейский участок. По дороге туда в моей памяти сцена за сценой проносились воспоминания об ужасных пытках, которым подвергали меня злобные полицейские в прошлом году, и я неизбежно нервничал, не зная, какие мучения придумают для меня эти полицейские дьяволы на этот раз. Боясь, что не смогу вынести их жестокости и в итоге совершу что-то, что будет предательством Бога, я с усердием безмолвно молился Ему. Внезапно я вспомнил Божьи слова, которые мы читали во время собрания несколько дней назад: «Я полон надежд относительно Моих братьев и сестер, и Я верю, что вы не пребываете в унынии или разочаровании, и независимо от того, что делает Бог, вы подобны сосуду, полному огня — вы всегда неравнодушны и можете проявить упорство до конца, пока Божья работа не будет явлена полностью и пока пьеса...» («Путь... (8)» в книге «Слово является во плоти»). «Да поклянемся мы все пред Богом такой клятвой: „Работать в единстве! Посвященность до конца! Никогда не разлучаться, всегда быть вместе!“ Да утвердятся Мои братья и сестры в такой решимости пред Богом, чтобы наши сердца не уклонились в сторону и чтобы наша воля не поколебалась!» («Путь... (5)» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова потрясли меня до глубины души. Я думал о том, как Бог спустился с небес на землю и претерпел столько испытаний и невзгод в Своей работе, чтобы принести спасение человечеству. Он надеется, что люди до конца останутся неуклонно преданными Ему, какими бы тяжелыми ни были их обстоятельства. Как один из избранных Божьих, насладившийся пищей Его речений, я должен был полностью принести себя в жертву Ему. «Сколько бы я ни страдал и ни мучился, — думал я, — мое сердце должно оставаться исполненным веры, мои чувства к Богу не должны изменяться, а моя воля не должна колебаться. Я должен представить громкое свидетельство о Боге, и мне совершенно нельзя сдаваться или уступать сатане. Более того, я не должен предавать Бога только для того, чтобы продолжать влачить постыдное бессмысленное существование. Бог — это Тот, от Кого я завишу, и, более того, Он — моя твердая опора. Пока я искренне взаимодействую с Богом, Он, несомненно, поможет мне сокрушить сатану». Поэтому я безмолвно поклялся Богу: «О Боже! Даже если мне придется пожертвовать своей жизнью, я буду оставаться твердым в свидетельстве о Тебе. Какие бы страдания мне ни пришлось вынести, я буду придерживаться истинного пути. Я решительно отказываюсь сдаваться сатане!» Моя вера, воодушевленная Божьими словами, расцвела во сто крат, я обрел веру и решимость пожертвовать всем, чтобы оставаться твердым в свидетельстве о Боге.

Как только мы добрались до полицейского участка, полицейские побежали греться у плиты. Каждый из них таращился на меня, и, хмуря брови и сверкая глазами, они суровым тоном стали допрашивать меня: «Давай выкладывай! Как тебя зовут? Скольким людям ты проповедовал благую весть? С кем ты контактировал? Кто руководитель твоей церкви?» Видя, что я решил хранить молчание, один из злобных полицейских проявил свою звериную натуру, бросившись ко мне и жестоко схватив меня за шею. Он стал снова и снова бить меня головой о стену, пока у меня не закружилась голова и не зазвенело в ушах. Затем он поднял кулак и в ярости стал наносить мне удары по лицу и голове, крича: «Ты ведь чертов лидер, не так ли? А ну, отвечай! Не будешь говорить, подвешу тебя на крыше и дам замерзнуть насмерть!» Злобные полицейские жестоко избивали меня добрых полчаса, а то и больше, пока у меня не потемнело в глазах, а из носа не потекла кровь. Видя, что от меня нельзя добиться желаемых ответов, они повезли меня в бюро общественной безопасности. По дороге я думал о том, как безумно полицейские злодеи только что избили меня, и невольно на меня накатилась волна страха. Я подумал: «Раз уж они так жестоко обошлись со мной сразу после того, как я попал в местный участок, то какие же жестокие пытки применит ко мне полиция в бюро общественной безопасности? Похоже, дела у меня плохи. В этот раз я могу не выбраться живым...» Пока я размышлял над этим, мое сердце наполнилось неописуемым чувством отчаяния и печали. Среди тоски и беспомощности я вдруг вспомнил, как в прошлом году, когда злобные полицейские пытали меня до полусмерти, Бог позволил мне чудом выжить. На душе у меня тут же просветлело, и я подумал: «Буду ли я жить или умру — это все в руках Божьих, не так ли? Без Божьего позволения сатане не удастся убить меня, как бы он ни старался. В прошлом я видел чудные дела Божьи, так как же я мог забыть об этом? Как я могу быть таким маловером?» В тот момент я понял, что духовно я еще слишком незрел — столкнувшись с испытанием неминуемой смерти, я все еще был неспособен стоять на стороне Бога. Я не мог не вспомнить одно из Божьих речений: «Жить в своем собственном разуме, значит отдаться сатане, а это тупик. Сейчас все очень просто: взирай на Меня своим сердцем, и твой дух тут же укрепится, у тебя появится путь, которым ты сможешь следовать, и Я буду направлять каждый твой шаг. Мое слово будет открыто для тебя во все времена и повсюду. Неважно, где или когда, и насколько враждебна окружающая среда, Я покажу тебе ясно, и Мое сердце будет открыто тебе, если ты взглянешь на Меня своим сердцем; таким образом ты пройдешь предстоящий путь, никогда не сбиваясь с него» (Глава 13, «Слова Христа в начале эпохи» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова были маяком, указывающим путь, давая мне все большую ясность ума. Я осознал, что Бог хочет использовать эти тяжелые условия для моего очищения, чтобы в кризисный период я мог отказаться от своих представлений, фантазий, а также забот о плоти и идти вперед, полагаясь только на Бога и завися от Его слов. В этот решающий момент Бог заставлял меня испытать Его работу, и я знал, что ни в коем случае не должен уклоняться. Я должен был целиком отдать свою жизнь и смерть в руки Божьи и полагаться на Бога, сражаясь против сатаны до самого конца!

Когда мы добрались до бюро общественной безопасности, полицейские снова разделили нас и допросили каждого отдельно. В то время как они без конца пытались заставить меня рассказать им о вещах, имеющих отношение к моей вере в Бога, один из злобных полицейских понял, что я упорно решил держать рот на замке, и это привело его в ярость: «Ты и в самом деле думаешь, что тебе удастся разыгрывать дурачка с нами. У меня закончилось терпение!» С этими словами он обеими руками схватил меня за шиворот и швырнул на пол, словно мешок с песком. Затем подбежали другие злобные полицейские и стали бить меня ногами и топтаться по мне, пока я не начал кататься по полу от боли. После этого они наступили ногами мне на голову и, сильно прижав, возили лицом по полу взад-вперед... Я еще не полностью оправился от зверских пыток, которым подвергся год назад, поэтому, после того, как меня снова так жестоко избили, я вдруг почувствовал головокружение и тошноту. От боли во всем теле я свернулся калачиком. Далее полицейские злодеи сорвали с меня ботинки и носки, а затем заставили стоять босиком на полу. Было так холодно, что я невольно стучал зубами, а обе ноги совершенно окоченели. Я почувствовал, что больше не могу держаться и в любой момент свалюсь без сознания на пол. Столкнувшись с жестокими истязаниями со стороны злобных полицейских, я не мог не кипеть от гнева и возмущения. Я презирал этих злобных приспешников дьявола и ненавидел подлый и реакционный китайский режим. Он противится Небу и является врагом Бога, и для того, чтобы заставить меня предать и отвергнуть Бога, он в настойчивом стремлении лишить меня жизни подвергал меня насилию и пыткам. Столкнувшись с порочностью и жестокостью сатаны, я еще больше задумался о Божьей любви. Я сосредоточился на том факте, что ради возможности принести спасение человечеству и ради нашего будущего существования, Он терпел крайнее унижение, ходя среди нас во плоти, чтобы совершить Свою работу. Он отдал Свою жизнь за нас, и теперь терпеливо и искренне выражал Свои слова, ведя нас по пути стремления к истине, чтобы мы достигли спасения... Подсчитав всю ту мучительную цену, которую Бог заплатил за спасение человечества, я ощутил, что никто не любит меня больше, чем Бог; Бог дорожил моей жизнью больше, чем кто-либо другой. Сатана мог только ранить меня или поглотить и убить. Именно тогда я почувствовал, что в моем сердце еще сильнее расцвели любовь и обожание к Богу, и не мог удержаться от безмолвной молитвы Ему: «Боже, благодарю Тебя за то, что направляешь меня и спасаешь таким образом. Как бы ни истязал меня сегодня сатана, я определенно буду упорно работать, чтобы взаимодействовать с Тобой. Клянусь, я не сдамся и не уступлю дьяволу!» И хотя мое физическое тело из-за пыток было слабым и лишенным сил, но мое сердце, ободренное Божьей любовью, было твердым и сильным, и я ни разу не поддался этим злобным полицейским. Меня продолжали пытать до часа ночи следующего дня, пока они не поняли, что из меня не вытянуть никаких ответов, и им ничего не оставалось, кроме как отвезти меня в следственный изолятор.

После прибытия в следственный изолятор злобные полицейские снова стали подстрекать тюремных хулиганов придумывать мне какое-нибудь наказание. К тому времени я был так измучен, что все мое тело было в порезах и кровоподтеках; я совершенно ослабел и, едва войдя в тюремную камеру, рухнул прямо на ледяной пол. Увидев меня в таком состоянии, тюремные хулиганы без лишних слов подняли меня и принялись молотить кулаками по голове. Меня били, пока у меня не закружилась голова, и я снова тяжело рухнул на пол. После этого все осужденные подошли ко мне, чтобы помучить, заставляя меня, прижав одну руку к полу, а другую — к уху, вращаться на полу по кругу, словно компас. Увидев, что из-за головокружения я упал на пол, не прокрутившись больше пары раз, они снова стали бить меня ногами и кулаками. Один из осужденных даже нанес мне жестокий удар в живот, отчего я тут же потерял сознание. После этого надзиратели дали осужденным указание каждый день пытать и издеваться надо мной различными способами, а также заставлять меня выполнять всю ежедневную грязную работу, такую как мытье посуды, чистка туалетов и так далее. Меня даже заставляли принимать холодный душ в дни снегопадов. Кроме того, каждый раз, когда я принимал душ, меня заставляли намыливаться с головы до ног, а затем ледяная вода медленно стекала по всему телу. В течение почти получаса после душа меня, посиневшего от холода, била дрожь. Столкнувшись с нечеловеческими пытками и жестокостью, я постоянно молился Богу, боясь, что, оставив Бога, я всецело стану пленником сатаны. Через молитву Божьи слова непрерывно звучали во мне и направляли меня: «Те, кого Бог относит к победителям, это люди, которые до сих пор способны быть твердыми, сохраняют свою убежденность и свою посвященность Богу, пребывая под влиянием сатаны, будучи осажденным сатаной, то есть когда находятся в пределах сил тьмы. Если ты по-прежнему в состоянии сохранять чистоту своего сердца и свою истинную любовь к Богу, невзирая ни на что, ты остаешься твердым в свидетельстве перед Богом, и это то, что Бог называет „быть победителем“» («Тебе полагается сохранять свою посвященность Богу» в книге «Слово является во плоти»). Божьи слова были светом, озаряющим и успокаивающим мои мысли. Я знал, что мое пребывание в осаде сатаны было именно тем временем, когда нужно было проявлять преданность и любовь к Богу. Несмотря на то, что это печальные обстоятельства принесли страдания и мучения моему физическому телу, за ними скрывалась огромная Божья любовь и благословения. Именно Бог дал мне возможность оставаться твердым пред сатаной в моем свидетельстве, а также помог полностью унизить и сокрушить сатану. Поэтому, проходя через эти страдания, я снова и снова предупреждал себя, что должен терпеть до конца, оставаться твердым в свидетельстве о Боге, полагаясь на Его водительство в этом мрачном бесовском логове, и стремиться стать победителем. Мое сердце, направляемое Божьими словами, стало твердым и сильным. Несмотря на слабость и мучения, терзавшие мое физическое тело, я верил, что смогу выдержать все это, чтобы начать битву против сатаны не на жизнь, а на смерть и до последнего вздоха оставаться твердым в свидетельстве о Боге.

После того, как я пробыл в тюрьме больше двадцати дней, я неожиданно сильно простудился. Мои руки и ноги болели и обмякли, я был полностью лишен сил, и мысли мои путались. Из-за ухудшения моего состояния, а также из-за безжалостных избиений и пыток со стороны других заключенных я чувствовал, что больше не смогу держаться. В сердце своем я чувствовал себя особенно слабым и подавленным, размышляя: «Когда же кончится эта ежедневная мука и жестокость? Похоже, на этот раз мне вынесут приговор, так что почти нет надежды на то, что я выберусь отсюда живым». Как только я подумал об этом, мне показалось, словно мое сердце упало в бездонную пропасть, и я погрузился в такое глубокое отчаяние и боль, что просто не видел выхода. В час наиболее сильного отчаяния я вспомнил гимн Божьих слов: «Мое желание не в том, чтобы ты умел произносить множество трогательных слов или рассказывать множество увлекательных историй; скорее, Я прошу, чтобы ты был способен нести достойное свидетельство обо Мне, и чтобы ты мог во всей полноте и глубине войти в реальность... Не думайте больше о своих перспективах и действуйте так, словно вы исполнились предо Мной решимости подчиниться Божьему планированию. Все стоящие в Моем доме должны делать насколько возможно больше; ты должен отдать самое лучшее в себе для последнего этапа Моей работы на земле. Действительно ли Ты желаешь претворить все это в жизнь?» («Можете ли вы по-настоящему подчиниться Божьему планированию?» в книге «Следуйте за Агнцем и пойте новые песни»). Божьи слова стучали у меня в сердце, строка за строкой, заставляя ощутить огромный стыд. Я думал о том, сколько раз я плакал горькими слезами, и укрепился в решимости посвятить себя Богу во всем и подчиниться Его руководству и обустройству. Я также думал о том, как я клялся своей жизнью перед Богом, что буду оставаться твердым в свидетельстве о Нем в те дни, когда Божьи слова направляли меня, пока я терпел страдания и пытки. Однако, когда Богу действительно потребовалось, чтобы я заплатил реальную цену и угодил Ему, я вместо этого униженно цеплялся за жизнь и страшился смерти, заботясь лишь о том, что произойдет с моим физическим телом. Я полностью игнорировал Божью волю, думая только о том, как бы поскорее выбраться из своего затруднительного положения и добраться до безопасного места. Я видел, как поистине низок и ничтожен я был; мне не хватало веры в Бога, и во мне было слишком много лукавства. Я не мог проявить истинную преданность Богу, во мне не было настоящей покорности. В тот момент я понял, что в Своей работе в последние дни Бог хотел от человечества истинной любви и преданности; такова последняя просьба Бога и последняя задача, которую Он доверил человечеству. «Как верующий в Бога, — подумал я, — я должен полностью отдать себя в Его руки. Поскольку моя жизнь была дана мне Богом, за Ним же остается и последнее слово относительно того, буду ли я жить или умру. Учитывая, что я избрал Бога, я должен предложить себя Ему и подчиниться Его руководству; независимо от того, каким страданиям и унижениям я мог бы подвергнуться, я должен посвящать себя Богу своими деяниями. У меня не должно быть собственного выбора или требований; это мой долг, а также аргумент, который у меня должен быть. Только благодаря Божьей защите и заботе я до сих пор мог дышать и был жив; таковым было Божье обеспечение жизни — а иначе разве дьявол не погубил бы меня давным-давно? Когда я впервые подвергся таким сильным страданиям и лишениям, Бог побудил меня преодолеть их. С какой стати мне теперь терять веру в Бога? Как же я могу быть пессимистичным и слабым, пытаясь уклониться и сбежать?» Когда эта мысль пришла мне в голову, я молча признал свою вину перед Богом: «Всемогущий Боже! Я так эгоистичен и жаден; я хотел только наслаждаться Твоей любовью и благословениями, но не был готов искренне посвятить себя Тебе. Когда я думаю о том, что мне придется терпеть страдания длительного тюремного срока, я просто хочу вырваться на свободу и избежать этого. Я в самом деле ужасно оскорбил Твои чувства. О Боже! Я не хочу продолжать падение еще ниже; я хочу просто подчиниться Твоему руководству и обустройству и принять Твое водительство. Даже если я умру в тюрьме, я все равно хочу оставаться твердым в свидетельстве о Тебе. Хотя меня могут замучить до смерти, я останусь верен Тебе до конца!» После молитвы я с удвоенной силой ощутил волнение. Несмотря на то, что я все еще, как и прежде, испытывал боль, в моем сердце была вера и решимость не сдаваться до тех пор, пока я не выполню свое обещание угодить Богу. Как только я ощутил решимость и уверенность в том, что останусь твердым в свидетельстве о Боге до самой смерти, произошло нечто чудесное. Однажды рано утром я проснулся и обнаружил, что не чувствую ног. Я совершенно не мог стоять, не говоря уже о том, чтобы ходить. Поначалу злобные полицейские мне не поверили; решив, что я притворяюсь, они силой пытались заставить меня стоять. Однако, как я ни старался, я не мог стоять. На следующий день они вернулись, чтобы снова осмотреть меня. Заметив, что обе мои ноги были ледяными и совершенно лишены кровообращения, они убедились, что я действительно парализован. После этого они сообщили моей семье, что меня можно забрать домой. В тот день, когда я вернулся домой, чувствительность в моих ногах чудесным образом восстановилась, у меня вообще не было никаких проблем с ходьбой! В глубине души я знаю, что все это произошло благодаря Всемогущему Богу, проявившему сострадание к моей слабости. Он Сам открыл мне выход, позволив беспрепятственно освободиться из логова сатаны после того, как китайские власти в течение месяца незаконно содержали меня под стражей.

После того, как китайские власти дважды задерживали меня и подвергали бесчеловечным жестоким пыткам, этот незаурядный опыт обоих арестов фактически сформировал прочную основу на моем пути обретения веры в Бога, несмотря на то, что я в некоторой степени пострадал физически и даже был близок к смерти. В разгар моих страданий и скорбей Всемогущий Бог дал мне наиболее практичный полив истины и обеспечение жизни, не только позволив мне увидеть насквозь китайский режим, его ненависть к истине, его вражду к Богу и его бесовское лицо, а также узнать о его отвратительных преступлениях, заключающихся в отчаянном противлении Богу и преследовании верующих в Него, но также даровав мне способность ценить силу и власть Божьих слов. То, что мне дважды удалось живым вырваться из порочных лап Коммунистической партии Китая, было полностью результатом Божьей заботы и милости. Более того, это было воплощением и подтверждением необычайной жизненной силы Бога. Ныне я глубоко осознал, что в любое время и в любом месте Всемогущий Бог всегда был моей единственной поддержкой и спасением! В этой жизни, с какими бы опасностями и трудностями я ни столкнулся, я полон решимости сохранить приверженность следованию за Всемогущим Богом, активно распространяя Его слово и оставаясь твердым в свидетельстве во имя Божье, а также отплатить Богу за Его любовь своей подлинной преданностью!

Хотите обсудить, как встретить возвращение Господа, как очиститься от греха и другие подобные темы? Пожалуйста, связывайтесь с нами и вступайте в нашу онлайн-группу.
Свяжитесь с нами через Whatsapp
Свяжитесь с нами через Messenger

Похожие темы

Когда мне было восемнадцать

Всемогущий Бог говорит: «Возможно, вы все помните слова: „Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке...

В тюрьме в расцвете юности

Чэньси, провинция Хэбэй Каждый скажет, что расцвет юности — самое восхитительное и чистое время жизни. Вероятно, для многих эти годы полны...

Божья любовь не знает границ

Чжоу Цин, провинция Шаньдун В этой жизни я натерпелась страданий. Я совсем недолго была замужем, когда умер мой муж, и тяжкое бремя заботы...

Добавить комментарий